Иранские сказки

  • Политика верховного аятоллы Али Хаменеи выводит Иран в региональные лидеры

ФОТОПолитика верховного аятоллы Али Хаменеи выводит Иран в региональные лидеры

Легализация Ирана на международной арене означает для России не только большие возможности, но и серьезные вызовы. Чтобы не растерять полученные преимущества, Москва должна правильно использовать все последствия усиления Исламской Республики

Россия часто становилась едва ли не единственной страной, упрямо противостоящей идее нанесения удара по Ирану и введения против него различных санкций, но ее отношения с Ираном нельзя назвать простыми и безоблачными. Целый ряд причин, включая санкции, отсутствие государственной защиты и непонятный для россиян процесс принятия решений в Иране, привел к тому, что нашим компаниям до сих пор не удалось закрепиться на иранском рынке. И сейчас на фоне выхода Ирана из изоляции у российских экспертов и политиков нет единого мнения о том, что это принесет России. Некоторые предвкушают возможное превращение иранского рынка в Клондайк для российских компаний. Другие предупреждают, что постсанкционный Иран может стать чуть ли не противником России, не только ограничивающим деятельность российских компаний на своем рынке, но и способным ответить на политику сдерживания дестабилизацией Северного Кавказа. На самом же деле перспективы российской внешней политики и бизнес-проектов на Ближнем Востоке во многом зависят от того, насколько трезво Москва будет оценивать свои интересы и возможности.

Нам не нужен халифат

Прежде чем говорить о последствиях вывода Ирана из изоляции для России, надо понять, какие были альтернативы. По словам генерального директора Фонда национальной энергетической безопасностиКонстантина Симонова, оптимальным вариантом для России было бы сохранение статус-кво, который существовал до начала американо-иранского мирного процесса. С одной стороны, в той ситуации мы оставались для Ирана фактически безальтернативным партнером и одним из двух крупных иностранных союзников, а с другой — Иран был серьезно ограничен в проведении «наступательной» экономической политики и дипломатии. Однако проблема в том, что подобный статус-кво был крайне нестабильной промежуточной ситуацией, и развитие отношений могло бы свалиться в две очень невыгодные для России крайности.

РЕКЛАМАПервая — смена режима. Что бы ни говорили официальные лица в Тегеране, санкции и введенное Западом нефтяное эмбарго стали весьма тяжелым ударом для иранской экономики. Поиски «серых» путей экспорта углеводородов (вплоть до разрешения частным лицам покупать у государства нефть и вывозить ее своими силами) не помогали: экономика страны стремительно стагнировала, инфляция быстро росла, и городское население (привыкшее жить неплохо) нищало. И далеко не все иранцы винили в этом США и их санкции — некоторые считали, что к санкциям привела негибкая позиция тогдашнего президента Махмуда Ахмадинежада и верховного аятоллы (рахбара) Али Хаменеи. Некоторые даже говорили, что режим Исламской Республики изжил себя. Свое недовольство иранцы выразили на президентских выборах, проигнорировав «фаворитов» рахбара и избрав президентом умеренного политика Хасана Роухани. И аналитики не исключали, что в случае продления санкций Запада и продолжения негибкой политики Ирана в стране могла произойти новая революция. И оба возможных варианта — «оранжевая» революция или приход к власти более радикальных элит, которые закрутили бы гайки, — России крайне невыгодны.

Добавить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

clear formОтправить